Home> Истории

Истории Archive

Случай в лифте

25 июля 2008 Category :Истории| Юмор 0

Еду в лифте — со мной бабулька лет 70. На кабине лифта написано «ХОЙ» и фамилии нескольких Панков из разных групп
Бабка выдает:
«Какая молодежь безграмотная пошла, уж х@й — то могли правильно написать…»

, , ,

Про люк

24 июля 2008 Category :Истории| Юмор 0

Провалился я как-то в люк. Да не сам, а с машиной. Как щас помню. Была весна. Погода дрянь. Поэтому решил заехать на крытую заправку. Очередь на заправке двигалась бампер в бампер, медленно и печально. И поэтому я не заметил открытого люка, который передняя машина оставила справа от себя. Я плавно въехал правым колесом в люк и услышал
— Бууммм!

От этого бум я перестал дремать и сосредоточено пытался вспомнить ландшафт заправки и примерно на что я попал. Я еще не знал, что я и люк сроднились надолго, но вот этот Бууммм, навевал грустные мысли. Мысли стали бы еще грустнее, если бы я знал что у меня впереди. Но я еще не знал, и прогнав тоску выскочил из машины посмотреть и определить источник буммма. Очередь на заправку плавно обтекала меня, а я все больше наполняясь дурным предчувствием шел к правому переднему колесу.
— Ну мать же его так!,- я увидел люк и в нем колесо. Рядом валялись какие-то веревки, пара монтажных поясов и…. и что то еще, что я не успел рассмотреть…
…Потому, что из под колеса, из темных недр колодца на меня глянула пара глаз и хриплым голосом поинтересовалась
— ну и что за ху*я тут происходит? Отпрыгнув от неожиданности в сторону и Иопнувшись об чей-то бампер, я нашел в себе смелость поинтересоваться.

— А ты кто? Из тирады, донесшейся из недр земли следовало, что я, человек нетрадиционной ориентации с плохим зрением, которое я приобрел от постоянных ударов по голове предметом первичного полового признака у мужчин. Что специально для таких, как я, при этом он скрестил дятла с пекинесом, были разложены веревки. Все остальные остались людьми, я почему стал самцом черепахи в интересном положении, а теперь, вступив в интимное отношение с колесом, оратор остался без обеда.

— Ндааа, -я присел на корточки над дырою и закурил. Я размышлял, как без потерь поднять машину и сломалось ли там что-нибудь. В задумчивости я докурил сигарету и бросил ее в колодец. В то же мгновение из под земли раздался рев от которого подпрыгнул пистолетчик и водила шестерки, а оранжевая макушка каски начала стремительно подниматься вверх по лестнице.
— Извините,- попросил я прощение у каски. В ответ я услышал новые подробности о гигиене своего рта, а также интимных отношений между сантехником и окурком. Потом последовали перспективы местонахождения окурка на моем теле.
После эпического опуса, Сантехник скрылся в темноте подземелья, а я разозлившись ударил колесо ногой. Я просто ударил. Ну ударил и все! Ну кто же знал, что в протекторе на соплях держался небольшой камешек?! От удара он выскочил и весело полетел вниз. Я замер. Вместе со мной в ожидании страшного замерла Москва. Такое впечатление, что замерло все живое. В этой тишине остановившегося времени камешек радостно, наращивая скорость летел к намеченной цели. Прошло наверно туча времени, как я услышал глухое тук. Это каска радостно приняла друга-камень.
— ЕееееееппооооннаааМАААТЬ!!
Страшный вопль разорвал темноту подземелья и метнувшись в боковые проходы понесся в разные стороны.
— ШОЗОИОПАНАРООООТ!!! новый рев за секунду достиг Кремля и заставил Минина и Пожарского стиснуть зубы. Птицы рванули в разные стороны. Внизу показалась судорожно поднимающаяся по лестнице каска, хозяин которой явно имел цель дружески пообщаться со мной. Он был зол. Поэтому он летел вверх по лестнице, как Ромео к любимой Джульетте. Но то ли он забыл причину, по которой он застрял тут, то ли просто не успел погасить скорость, но взлетев наверх он со всего маху впечатался макушкой в колесо.
— Йоп! крякнул мужик, и каска покинув высокоинтеллектуальную голову, красиво кувыркаясь полетела в темноту. Я даже услышал , как падая, каска разрезала воздух. Раздавшийся с низу оглушительный рев показал мне, что сантехники работают парой. Я человек вежливый, поэтому поинтересовался,
— Не больно? Мой вопрос остался без ответа. Второй сантехник вступил в интимную связь с первым, при этом обещая первого оправить на медицинское обследование с тяжелыми травмами в результате все того же акта. Первый в долгу не остался, но в конце доступно объяснил, кто тому виновен. У меня пересохло во рту и я достал бутылку воды из боковой дверцы. Первый сантехник закончил и закашлялся, видно тяжело ему дается ораторское искусство с ударенной головой.
— Не хотите ли попить? и я протянул сантехнику, трущему ушибленную макушку, открытую бутылку минералки. Ну естественно горлышком вниз.
— Шооозаахууу*няааааа!- его тембру позавидовал бы Тарзан, а Кинг-Конг бы утопился. При этом сантехник выронил разводной ключ.
— ЕЕе*аааать мои худые крылья! Феедя ууууеее*ыыыывааай, клююююч!- сопровождал пояснениями мирный полет ключа ушибленый сантехник.
— Ху*к! Все пиз*ец ослику!- это был итог приземления ключа. То что последовало, после попадания ключа, не передать словами. Весь словарный речитатив мог уложить половину барышень со слабой психикой на неделю и поспорить с лексиконом боцмана. Такой напор ярости легко бы остановил тайфун и утопил бы авианосец ‘Кеннеди’ с полной боевой нагрузкой.
— Ндааа! Пара разъяренных сантехников- это страшная, и не только физическая, сила. Это еще и всплеск неслыханной интеллектуальности, сообразительности и проворства. Рявкнув напарнику вниз, что в ту есть еще один выход наружу, крендель, без каски и со слипшимися волосами так засеменил вниз по лестнице, что военные моряки, признанные покорители трапов, просто шмыгают носами глядя на этого циркача. Всю эту картину наблюдали четыре братка, которые стояли в соседнем потоке и видимо с нетерпением ждали окончания. — Ну чё, брат, переодевайся? Тебя щас разберут так, что никакой хирург обратно не сошьет!
— Ага! Такие волкодавы и бронепоезд вскроют , мля без нагрузок.- тонко пошутил один. Все заржали. Я прыгнул за руль и с визгом рванул назад. Благо очередь заблаговременно объезжала меня. Я уже почти вырулив, краем глаза заметил, как какой-то лихач, решив объехать всю очередь и попасть к колонке первым, не заметил ловушки и ху*кнулся точно в люк. Выскочил с машины, и с нецензурными криками стал швырять веревки в люк. В 20-ти метрах от заправки приподнялся люк, выпуская наружу 2-хсантехников.
Это были не люди. Это были две торпеды, тупо направленные на выполнение своей миссии. Они приближались, по ходу водила-бедолага, который не знал еще о своей участи, прошелся по их ориентации и умственным способностям. Лица сантехников изменились в каменные, а кулаки еще крепче сжали сантехнические принадлежности внушительной комплектации. Братки задохнулись от смеха, из их джипа слышалось сдавленное хрюканье. Водила всё больше расходился. Я старался ,как мог увеличить дистанцию. — Это ты?- еле слышно выдавил тому водиле облитый ‘король говна и пара’.
— Х*ли тыкаешь! Пооткрывали, мля свои норы, так хоть обозначили бы нах. Всё мужики, вы на ремонт тачки устроились. Даже если свои каски и ключи ,мля продадите, х*й хватит. Уроды желтожилеточные!
Второй сантехник, внимая этой тираде, закипал. Потом ни слова не говоря, подошел к машине и начал ключом приводить ее в состояние металлолома. К нему подключился первый. Водила вообще впал в прострацию. На заправке остановилось все. Когда они закончили, невозможно было определить нетолько марку машины, а цвет.
— Все, пиз****! Иду работать в библиотеку. Там люков нет.- сказал второй, и сдирая жилет, пошел куда-то…

На картошке

24 июля 2008 Category :Истории 1

Сразу после того, как собрание закончилось, Степан с Кривым отвели в сторону председателя студенческого комитета, мягко взяв его за лацканы мятого коричневого пиджака.

— Серёга! Ну ты подумай сам: ну как они там со всем одни справятся?! Им же явно нужна будет помощь, сильные мужские руки и плечи! – Степан старался говорить убедительно, а Кривой, нахмурившись, кивал головой и грозно смотрел в глаза тщедушному предстудкома.
— А чем вы им там поможете? – в коровьих глазах очкастого председателя читалась невыразимая тоска. Он чувствовал, что надо соглашаться со всеми аргументами и сопротивлялся исключительно из принципа и собственной твердолобости.

А вопрос в целом был простой. В сентябре студенческие орды из практически всех институтов дружно отправлялись «на картошку». В колхозах и совхозах маленькой, но очень гордой Родины их ждали. Председатель и правление ждали с диким ужасом, заранее закупая валерьянку и подсчитывая предстоящие убытки. Бабки-самогонщицы потирали руки в преддверии невиданных барышей и собирали свои мини-собрания, дабы определиться, на сколько поднять цены за литр веселящего напитка собственного производства. Молодые трактористы покупали одеколон «Шипр», чтобы его неотразимым запахом покорить молоденьких городских студенток. А вчерашние сельские школьницы, а ныне труженицы фермы мечтали о том, что в их деревню приедут сплошные Амитабхи Баччаны с минской пропиской.

Педагогический ВУЗ обычно посылал по деревням и весям отряды, состоящие на 99% из девушек, кои в основном и учились в его стенах. Малочисленный переводческий (мужской) факультет использовался редко. Однако в этом году было решено и его использовать в битве за урожай. Основную массу «переводчиков» отправляли в отдельное село. Степана сотоварищи это решительно не устраивало.

— Серёга! Ну там же мешки с картошкой тягать! На машину забрасывать! Это же всё тяжело! Тебе девчонок не жалко??? А так мы это всё на себя возьмём! Поможем! – доводы лились из Степана Ниагарским водопадом красноречия.
— Да и вообще, мало ли что! – вмешался Кривой. – Вдруг местные приставать начнут. Кто защищать будет?

Ещё буквально через десять минут, председатель сдался под напором неоспоримых аргументов и дружеских похлопываний по спине рукой Кривого, от которых несчастного шатало, как стройную рябину. Было решено, что отряд, состоящий из 90 девчонок педагогического английского факультета, будет усилен могучей кучкой «переводов» в количестве десяти человек. Надо ли говорить, что в число этих товарищей вошёл весь 2006 блок общаги, усиленный Медузеем и Гундосом? Думаю – не надо. Командиром сводного отряда был назначен Кривой, а комиссаром, соответственно, Степан. Выезд был назначен на 4-ое сентября, послезавтра…

В назначенный день и час народ начал собираться возле главного корпуса института. Автобусы уже стояли поблизости. Первокурсницы с диковатыми взглядами кучковались возле своих баулов с варёными курицами и пачками Тампаксов. Рядом с некоторыми стояли родители, в чьих глазах читалась тоcка по молодости и страх за своих несмышлёных чад. Второй курс взирал на «молодёжь» свысока, неспешно пил пиво, курил и особо не парился предстоящей поездкой.

Командир Кривой (не путать с «кривой командир»!!!) носился между автобусами, перетирал с водилами какие-то только ему известные нюансы поездки и пытался отобрать для своего транспортного средства наиболее симпатишных студенток. Степан вдумчиво потреблял Жигулёвское, созерцая окрестности. Гера, по своей привычке, смотрел исключительно внутрь себя. Медузей был отправлен в ближайшую аптеку, дабы совершить закупку партии презервативов. В общем, всё шло по плану.

Сама по себе поездка никаких сюрпризов не принесла, да и не могла бы. Ну проехались полтора часика по сельским дорогам, выпили по 100-200-300-400 граммов, закусили салом, закурили «Космосом», дымя в открытый люк, поблевали (Гера, сука) мимо этого же люка, поругались с водилой, побрызгали на Герины художества отобранным у кого то дезодорантом. Ничего необычного короче.

Село встретило запахом сена, навоза и нервным председателем. Он как-то странно ходил вприпрыжку и смотрел на собеседника искоса. Казалось, что жена огрела его недавно коромыслом, и теперь он ждёт подобной же пакости от каждого встречного. Такой же задорной походкой он отвёл студентов к месту дислокации.

Казарма, в которой предстояло жить 3 недели, больше всего походила на сарай. С водопроводом и канализацией в деревне было хреновенько, а посему все удобства располагались на улице. Степан шустро осмотрел деревянные сортирчики, выяснил в каком из них больше дырок, и именно на нём мелом намалевал большую букву «Ж». Заселение прошло быстро. Обедом сегодня кормить никого не обещали, и все собрались решить эту проблему с помощью домашних запасов, коих было в избытке. Поскольку жрать насухую было в корне неверно, под это дело были извлечены на свет всяческие алкогольные напитки.

Начальству были положены отдельные апартаменты со столом, тумбочками и двумя кроватями. Именно тут предполагалось откушать, отметив прибытие. Командирствующее око Кривого моментально провело рекогносцировку. Доступ к начальственному столу получили только самые проверенные товарищи и самые симпатичные и озорные студентки. Степан сразу же напряг их на предмет «сообразить закусон и всё такое». Будущие преподавательницы вроде как и смущались, однако хитрая женская логика подсказывала, что чем ближе они будут к «картофельному» начальству, то тем меньше им придётся ковыряться в поле. Это была верная мысль. Своей властью Кривой со Степаном должны были выбрать повара и пару кухонных помощниц. Понятно, что в чистке картошки и мытье посуды весёлого мало. Однако ещё меньше веселья в грязных тяжёлых мешках и холодной грязи на поле.

Буквально через три-четыре часа повариха и помощницы были определены, а водка закончилась. И если первый факт радовал, то второй нагонял тоску и уныние. Решено было послать гонца. В качестве последнего решено было заслать Геру. Однако поскольку существовал вариант того, что он заблудится (заснёт, забудет всё на свете, будет украден инопланетянами), ему в помощь выделили Гундоса. Весёлая парочка, слегка пошатываясь и весело падая на кочках, потрусила в сторону деревни.

Тем временем Кривой разогнал лишний народ по своим местам, наказав не безобразничать. В комнате остались только он со Степаном и две смешливые помощницы. Дверь изнутри подпёрли тумбочкой, включили Гундосов магнитофон и достали НЗ в виде бутылки портвейна.

Ну какого чёрта я буду описывать вам происходящее далее в этой комнате?! Неужели вам интересно читать про то, как неудобно было Кривому с упругожопой первокурсницей на пружинном матрасе раздолбанной кровати? Вы хотите знать, как, подобно стрелам, вытягивались над мощными плечами Степана стройные ножки второй помощницы? Зачем вам представлять себе звуки вдохов и выдохов, звонкие шлепки тел, междометия и сдавленные стоны страсти и желания? Разве интересно будет читать обо всех позициях, которыми можно смело украшать Камасутру? Надо ли знать сколько раз, и какими способами доводили наши друзья своих подруг на эту ночь до оргазма? Да не нужно вам всё это…

Время шло, гонцы не появлялись. Секс в принципе не приедается, но от него иногда устаёшь, что уже в который раз выяснили на своей потной шкуре Степан и Кривой. Пришло лёгкое отрезвление и снова захотелось выпить.
— Где же эти сволочи? – Кривой был как никогда категоричен в суждениях.
— Угу, — подтвердил Степан. – Нашли кого за водкой посылать. Они до конца недели ходить будут и не принесут ничего.
— Вот сам бы и сходил! Умник, блин!
Степан посмотрел на голую девчушку, блаженно улыбающуюся каким то своим мыслям, и решительно помотал головой.
— Нафиг! Мне и тут неплохо…
Кривой согласился с этим весомым аргументом, однако жажды это не утолило. Делать было нечего, решили отправиться в поисковую экспедицию.

Тёплый сентябрьский сумрак после обильного секса располагал к романтике. Степану даже захотелось было почитать стихи, но взгляд, брошенный на мрачную репу Кривого, начисто отбил всю охоту говорить рифмой. Искать пропавших гонцов было решено поближе к сельскому магазину. Благо ещё по дороге к казарме Кривой точно выяснил его месторасположение. Естественно возле этой гламурной торговой точки Гундоса и Геры не было. Зато там находился какой-то местный сельский житель в кондиции подходящей для разговора. Этот замечательный крестьянин возраста примерно от 25 до 55 лет был очень занят крайне важным и благородным делом. Он держал столб. Ну, такой себе столбик бетонный метров четырёх-пяти в высоту. Вероятно, ожидался какой-то катаклизм в виде локального землетрясения. И этот местный «брюсвиллис» просто обязан был не дать столбу упасть, дабы не оставить всю деревню без «электрификации всей страны». Похвально…

Буквально через 15 минут, друзья выяснили, что Веерка-сучка, которая торгует самогоном, сволочь-такая, по явно завышенным нерыночным ценам, живёт через четыре дома по правой стороне улицы. Поблагодарив оказавшегося полезным аборигена, Кривой со Степаном двинулись в указанном направлении. Предварительно они на всякий случай подпёрли его выломанной из ближайшего забора штакетиной, чтобы ему легче было держать столб.

Необходимый дом нашёлся очень быстро. Обычная деревянная халупа с сарайчиком во дворе. Гавканья вроде бы не раздавалось, а значит, можно было смело входить во двор. Смущало одно – тишина… В доме горел свет, но было почему то очень тихо. Так не должно было быть в месте, где находились Гундос и Гера.

Степан, постучав пару раз для приличия, открыл дверь и они с Кривым вошли в горницу. Столбняк охватил их сразу же и бесповоротно. Впрочем, было от чего. Более живописную картину представить было очень сложно. Посреди комнаты на полу лежало неизвестное туловище мужского типа явно трактористской наружности. В руке оно сжимало разводной ключ, что делало его ещё более схожим с механизатором. Единственное, что как то дисгармонировало с сельской идиллией, это то, что на манер жабо на шее у этого труженика села была надета гитара с порванными струнами. Это добавляло испанского колориту в белорусский деревенский быт. Возле стены на лавке сидел всхлипывающий Гундос, закрывший лицо руками. Напротив него за столом сидели двое: Гера с голым торсом и статная «кустодиевского» типа доярка с торсом прикрытым лифчиком, размером с небольшой парашют. Остекленевшие её глаза смотрели в будущее, которое находилось видимо где-то за печью. Гера, вероятно, пытался вывести её из коматозного состояния то махая перед носом газетой, то пощипывая за сиськи. Выражение лица у него при этом менялось от растерянного до довольного.

— Гера, чтоб тебя приподняло и шлёпнуло! Что здесь было?!?!?! – Степан категорично оттащил его от бабищи и швырнул на лавку.

А было вот что…. Гера с Гундосом пришли в деревню, поцеловали замок на закрытом магазине и быстренько выяснили у местного народонаселения, где можно разжиться хорошим самогоном. Сюда и отправились. Веерка-сучка, а это, как вы поняли, была она, таким гостям была крайне рада. Она втюхала товарищам трёхлитровую банку мутной жидкости по заоблачной для местной торговли цене и в качестве бонуса (маркетинговый ход, блин!) предложила продегустировать сей божественный напиток из её личных запасов. Нашлось и сало, и капустка, и огурчики. Гундос отрыл где-то в комнате старую гитару и веселье началось. Всё было просто замечательно. Гера за каким то хреном снял сначала майку с себя, а потом начал убеждать Веерку, что в доме невыносимо жарко и ей тоже нужно срочно избавиться от верхней одежды. Безусловно, он только хотел слегка охладить уставшую женщину, а совсем даже не пялиться на её сиськи размером по ведру каждая. И когда пьяненькая и разомлевшая от внимания столичного кавалера крестьянка решилась было на смену своего внешнего вида, в горнице появилось новое действующее лицо.

Это был Веркин хахаль, имя которого так и осталось неизвестным. Судя по всему, добрые односельчане подсказали ему, что к его зазнобе отправились «городские». Он видимо возжелал тоже с ними познакомиться и в качестве возможного презента новым гостям захватил с собой разводной ключ. Знакомство было недолгим. Увидев столь впечатляющую картину, как полуголые Веерка и Гера за одним столом, тракторист так обрадовался, что пожелал подарить ключ Гере (или Верке) незамедлительно. От подарка Геру спасло только то, что Гундос успел таки чуть раньше подарить механизатору видимо его же собственную гитару.

— Я убил его! Я убил его! – всхлипывал Гундос, раскачиваясь, как маятник Фуко.
Степан проверил рефлексы лежащего тракториста пинком в область рёбер. Рефлексы были в наличии в виде храповитого мата.
— Хорошо, хоть закапывать не придётся, — рассудительно заметил Кривой.
— А может всё-таки лучше закопать? – спросил предусмотрительный Гера. – А то он меня запомнил…
— Да ни хрена он не запомнил… — задумчиво произнёс Степан. – А то если его закапывать, то и её тоже надо…
И он добрыми глазами посмотрел на Веру.
— Или не надо?
Веерка, которая уже пришла в себя и пыталась внимательно слушать, энергично замотала головой.
— Вот и славно! – Степан широко улыбнулся, — Давайте живо собирайтесь! Менестрели, мать вашу…
Долго уговаривать ни Геру, ни Гундоса было не нужно. Они выскочили во двор и резвенько потрусили в сторону картофельного поля. Степан с Кривым подошли к делу более обстоятельно. Степан аккуратно угнездил трёхлитровую банку в забытую Герой авоську и ссыпал туда с тарелок провизию, которая ещё оставалась на столе. Кривой в свою очередь подошёл к Веерке и грозно глядя ей в глаза, басовито сказал с немецким акцентом:
— Матка! Яйки, курка, хлеб, млеко?!
Веерка только ошарашено откинулась назад и уронила нижнюю челюсть. Кривой задорно подмигнул ей, улыбнулся, погрозил пальцем и добрым голосом произнес:
— Партизанен?
Последняя фраза стали слишком тяжёлым испытанием для нервной системы доярки, и она потеряла сознание, смачно припечатавшись лбом в стол.

А Кривой со Степаном немедленно вышли из хаты и бесшумно растворились в ночи…

,

Про Люську и цветы

24 июля 2008 Category :Истории| Юмор 0

У меня подруга одна есть. Ну, не подруга, так, знакомая. Девка на выданье. Но никак не выдастся чего-то. Колупается всё чего-то, выбирает. Довыбирается, чувствую…

А тут у нее хахель появился. Ну, как хахель? Поклонник такой. Приличный, кстати. Представился бизнесменом. В костюме всегда. Правда, мутноватого какого-то разлива. Зовут Эдиком. И, главное, видит, что взаимностью особой ему не отвечают. И всё равно ходит. Ходит и ходит. Настойчивый. Люблю, говорит. Жениться хочу. Измором видно решил взять.

И всегда с огромным букетом. А то и не с одним. Всю её с головы до ног цветам завалил. Квартира вся в цветах. Мусоропровод – в цветах. Помойка у подъезда постепенно стала неприлично вонять розами. Соседи, хошь не хошь, подсчитывають, какие же это бабки люськин хахель посредством люськи в помойку спускает. Получалось – немалые.

Ну вот. Ходил он, значит, ходил, а крепость все не падает и не падает. А даже наоборот. Укрепляет рубежи. Тогда он, хитрован упертый, переключился на маму. Через маму решил действовать. Потому что, конечно, на маму человек в костюме производит гораздо большее впечатление. Да в галстуке-то. Да с букетом. Да трезвый. Весь такой положительный. Ну, а что с акцентом слегка, так мы же интернационалисты неебаться.

Придет, значит, тук-тук, а вот и я с букетиком. На маму букет в три обхвата – хлоп! Мама, знамо: «Ах, Эдуард! Ну что ж Вы так тратитесь? Это же огромные деньги!» Эдуард, знамо, смущаясь и краснея: «Право, не стоит, Софья Николаевна. Какие пустяки, ей богу. Вдруг Люсе все таки будет приятно» И шасть на кухню чай с мамиными плюшками пить. За жизнь разговаривать. Друк семьи, значит, такой. И как бы к Люське он уже и не пристает особо. Типа, смирился. Так и идет всё. Он в дом. Люська за дверь, от греха. А хахель с мамой на кухню чай пить. С плюшками.

Ну и превратил, змей, знамо дело, маму в этакого троянского коня. Стала мама потихоньку, а потом всё настойчивей Люське мозги мыть. Смотри, мол, Люська! Доиграешься! Чего, мол тебе, Люська, не хватает?! Человек ходит и ходит. Букеты носит и носит. Уж скоко денех извел. Уж пол-квартиры поди извел на эти цветы. Уж оддалась бы ты ему… рукой и сердцем, глядишь, пол-квартиры бы уж накопили. Мыла, мыла, пока окончательно не достала и не состоялся меж ними такой диалог.

— Иди, мама, пожалуйста, в жопу! Вместе с этим своим Эдиком, нищебродом.
— Да как тебе не стыдно?! Как не стыдно тебе?! Как язык твой поганой повернулся?! Ты гля, скоко он на тебя денех, дуру, потратил!
— Каких денег, мама? Каких таких денег? Он что, хоть раз принес коробку конфет? Шампанского бутылку? Тортик? Хоть сраный вафельный тортик он тебе принес? Нет? Только плюшки твои жжжррррет рррегулярно!
— Стыдись, доча! Человек без охапки роз за пять тышш порог дома не переступил ни разу! Нет, это ж надо такое сказать…
— А ты считала? Может он тебе чеки показывал? А? А обратила ли ты внимание, мама, сколько эти розы стоЯт?
— Да скок стоЯт… Да какая разница, скоко стоЯт, если он назавтре новую охапку ташшит? А то што вянут оне, дак это примета известная. Не любишь ты ево – вот и вянут цветы-то.
— Любовь моя, мама, тут совершенно ни при чём. Эдик этот твой, мама, известный бизнесмен. В Бирюлеве на рынке цветочную палатку держит. И всё, что завтра утром на помойку выкидывать, он нам сегодня вечером и тащит. Очень удобно: и за вывоз мусора платить не надо.
— Ох тыы… И чево теперь?… Чево теперь делать… А человек вроде хороший…
— Что значит «Чево делать?» Радоваться, мама. Радоваться, что человек хороший. И, главное, что он цветами торгует. А не консервами. И плюшки греть.
— В смысле?…
— В смысле – чайник ставь. Вон твой цветочный король с клумбой прётся.

, ,

Интервью с Сергеем Зверевым в журнале «Огонек»

24 июля 2008 Category :Истории| Чтиво| Юмор 0

Цитаты:

Я сделал рейтинг всему каналу. Я ввел моду на реалити-шоу. После меня другим артистам было легче. Но ведь у многих из них так и не пошло. Мне повезло. Еще мне повезло, что у меня есть подруга Ксюша Собчак. Она оказалась очень хорошей ученицей. Она отслеживала все мои программы, изучала.

У меня уже давно своя линия косметики, я пользуюсь своими рецептами. Я рад, что за мной следуют другие страны. Берут пример с хорошего.

У вас есть диктофон, вы напишете, как в диктофоне. Если вы не понимаете, я же не могу перейти на ё… твою мать. Вы не парьтесь, потому что у вас мозгов не хватает. Кому надо, поймут. Профессия суперзвезда — очень сложная. У суперзвезды не все должно быть гладко. Иногда звезда должна быть в шоке. Иногда звезда должна устроить пиз…ц по полной программе. На то она и звезда. И это моя профессия.

Вся страна одевается, как одеваюсь я. Вся страна делает то, что делаю я. Но если это так плохо, зачем вся страна это делает? Я уже не говорю о звездах. Я надел цветочек, и звезды надевают цветочек, я надел блестки — и мои коллеги их надевают, я употребил какое-то выражение, и они его употребляют… Это значит, звезда востребована, звезда мегапопулярна, звезда в хорошей форме.

Я ввел моду на мат. Посмотрите: КВН, «Комеди клаб» — везде после меня стали материться. Но не всем это идет. Я родился в Сибири. И там все выражаются. Там никто не говорит: «Извините-простите, положила головку на плечо», а сама оказалась предателем Родины. Там скажут: «Иди на х…». Но они не предадут Родину.

Меня либо любят и преклоняются передо мной, либо ненавидят.

И мне жалко тех дизайнеров, которые ни х… не понимают в музыке, и мне жалко тех музыкантов, которые ни х… не понимают в моде. Я сильнее, потому что я многогранная звезда. Меня раньше называли «король гламура», «фэшн-король». После моего перехода в другую профессию все титулы остались.

Но для меня это просто еще один этап в моей звездной профессии. Профессии суперзвезда.

, , ,

Про кошек

24 июля 2008 Category :Истории| Юмор 0

В один момент у нас жили семь кошек. Разделение было такое: пять кошек и два кота. В моей жизни до недавнего времени вообще кошки присутствовали постоянно.

Мы с братом по детству зачастую приносили домой грязных, голодных, — но таких — на наш-то детский вгзляд — милых котят. Однажды отец пошел в лес за грибами и принес черную кошку. Назвали ее Муська, не мудрствуя особо. Она постоянно болела и рвало ее регулярно с молочной пищи, но. Но. Эта кошка, которую в лесу бросил хозяин, так прижилась у нас. Куда там какой собаке — эта поразительная преданность человеку. Она от бабушки ни на шаг не отставала. Когда мы с бабушкой шли в школу, Муська провожала нас несколько кварталов до дороги (мы жили в, так сказать, «пригороде», куда ни зимой ни летом не проехать на машине). Дальше идти боялась и залезала на дерево, где и ждала нас. С восьми утра до четырех(!) часов дня!

Потом, впрочем, она умерла. Тихо и спокойно. Скончалась.

Замечательного кота мама принесла из рабочей столовой на время ремонта. Огромный, рыжий. Конечно же — Васька. Порванные уши, купированный хвост, полное презрение ко всем и неимоверная наглость. Боялся только половника и веника. Ну, и пинка. Мне, самому тогда еще чуть выше стола, Васька мерещился огромным, просто гигантским! Рыже-хитрый монстр.

У нас он однако спесь свою быстро потерял, так как другие шесть кошачьих не стерпели такой наглости — как только его выпустили из сумки, он моментально кинулся к мискам, у которых проходила вечерняя трапеза хвостатых. И моментально полчил по загривку, хвост ему купировали чуть не по самую голову. Из под дивана он долго шипел и вылезать отказывался дня два. Мама задумчиво подняла обрывок хвоста — «Ну вот, взяла на сохранение!»

Этот Васька имел паршивую привычку, забравшись на пристройку к сеням, он никак не мог слезть. И сидел над дверью, ожидая свежую жертву. Когда мы выходили он с жалобным писком — извиняется типа, гад! — прыгал на голову и преданно гляда я глаза, сползал по шее на землю. Поэтому, когда он жил у нас, выходили мы из сеней так: сначала открывалась дверь, на вытянутых руках выставлялся железный таз. Если раздавалось «мяяяя… шмяк!», то мы вынимали Ваську из таза и пинком отправляли гулять дальше. Если воздушная тревога не звучала, то выходили дальше. Было очень весело глядеть на процедуру выхода из дома.

Кошки очень не глупы, и этот факт даже в доказательстве не нуждается. Единственная кошка-дура, которую я на своем веку видел, звали Федора. Она тоже жила у нас; уже после эпохи «кошачьего ига», когда от семи кошек остались в лучшем случае четыре, да и те были «новой волной» — то есть не были в числе тех семи.

Федора — это дочь легендарной в нашей семье Мурки. Мурка — самая первая кошка нашей семьи. Мы приютили ее, когда та уже была, наверное, в солидном кошачьем возрасте. Сначала она жила у нас под крыльцом и часто в подполе было слышно, как в ужасе разбегаются мыши — и мерный муркин топ-топ по доскам. Мы жили раздельно — делая вид, что не замечаем ее существования, она в свою очередь не мешала нам. Мы как бы случайно ставили около крыльца миски с молоком и остатками щщей. В знак ответной ненавязчивой любезности у крыльца стали появляться кучки обезглавленных мышей. И крыс из других домов. Ареал обитания Мурки стремительно рос.

Через три месяца Мурка уже не скрываясь заходила в сени, но людей все пугалась. У нее появился лишай, и мы еле поймали ее и намазали зеленкой. На два дня она скрылась, видимо, растроилась. Потом уже не боялась. А потом исчезла почти на месяц. Ушла — решили мы. Гулает сама по себе. Но через неделю из подпола послышались тонкие писки — мя, мя! — и еще через неделю Мурка вынесла на свет два белых-белых комочка. Котята!

Один был полностью белый, как сверкающий лед. Но не альбинос, а нормальный белый кот. Точнее кошка. назвали ее Белка. У второй только край уха и чуть-чуть хвост были задеты черным, словно она ухом сунулась в банку черной краски и сразу же отскочила и легко капнула на хвост. Это — Пеструшка. Потом она прожила у нас девять лет и уже старая и немощная погибла в большом половодье — спасти ее мы не успели; ночью заснули, а утром вода во всем доме. К вечеру было выше окон. Но нас в доме уже не было.

Пеструшка вся пошла в мать. Такая же степенная. Полная достоинства. Никогда ничего не просила и не унижалась. Она хранила гены матери — вольной кошки. Дети же пеструшкины — уже домашние (и, кстати! — все коты! только один котенок был девочкой, но и тот вскоре умер…) наглые звери никогда не стеснялись залезть на стол и слямзить еду. Или шмыгнуть в холодильник вперед хозяина и утащить колбасу. Мать же их до самой смерти оставалась интеллигенткой. Афанасий, сын ее, спал только на подушке или на груди, Пеструшка же приходила в кровать только в одном случае: когда рожала. Причем приходила ко мне. И ложилась только в ногах. Под утро рядом с ней находили от одного до двух котят. Больше не было никогда. Если ночью к кровати подходило белое пятно и тихо мяукало, то в доме начинался харапай.

— Пеструшка рожает! — Дети, уйдите из комнаты… так! так! Пеструшка тихо офигевшими глазами глядела на сонные лица, столпившиеся вокруг нее и не понимала, чего все эти звери хотят? Зачем они тут? Что это за коробка? Подстилка… мягкая…

Потрясающим крысоловом была Пеструшка. Она точно пошла вся в мать! И на крыльцо по утрам выкладывала мертвых крыс. У меня о ней воспоминания как об очень серьезной кошке. У кошек ведь тоже свой характер. Она никогда не играла в кошки-мышки. Поймала — значит все. Финиш. Мышь-каюк. Все претензии прокурору. Скоро дома у нас мыши уже не бегали. Она стала проводить карательные рейды у соседей. Доходило даже до дого, что за банку молока — или варенья — мы отдавали на ночь или на две Пеструшку «в аренду». Ее брали соседи, оставляли на ночь в амбаре и поутру считали, сколько мышей она поймала. После нескольких рейдов поголовье мышей сокращалось просто до отрицательных величин 🙂 А мать ее — Мурка и сестра — Белка… все же ушли. Или я вот не помню… или их отдали? Но сдается мне, все же сами куда-то ушли…

Когда мы жили уже в квартире, у нас была сиамская кошка Алиса — остальные остались в «деревенском» доме бабушки. Кошка — само изящество. До этого был уще у нас кот Гера — но это было срущееся чудо. Он делал большие глаза и чуть ли не каждый час гадил на ковер. И не приучался к туалету. В итоге был послан на исправительные работы к бабушке.

Алиса сразу просекла идею и прелести туалета. Взали мы ее еще совсем маленькой и две недели кормили из пипетки молоком. Господи — неуклющий комочек шерсти, и как быстро он вырос! Только-только она не могла залезть на диван, а вот уже с места, без разгона и как бы нехотя взлетает на двухярусную кровать!

Алиса не боялась вообще никого, кажется. Когда-то я слышал легенды, что тибетские (или какие?) храмы охраняли сиамские кошки, специально дрессированные. Казалось: как этот маленький домашний питомец может напасть? да что он может сделать? Ярость и силу сиама я понял уже только потом. Алиса я фанатичной просто яростью не терпела чужих. Едва заслышав чужой голос, она срывалась с места и летела (именно летела, я теперь понимаю выражение «пулей») в прихожую.

Это ужас. Прихожая у нас узкая и длинная. метра три с половиной в длину. Так вот, она вылетала из-за поворота (а если смотреть спереди, то виделось, будто она просто появляется посреди прохода) и прямо с места молча(!) летит, выставив когти и раскрыв пасть. Главное — ее вовремя поймать, что подчас бывает нелегко. В представь — храм, который охраняют две тысячи(!!!) сиамских кошек. У которых реакция как молния. Которые открутят тебе голову в момент, а через минуту останутся только разбросанные кости и череп — как игрушка для котят. Тут, чтобы такой храм взять, нужен отряд спецназа как минимум…

От этой своей мании, Алиса, прочем, отошла через год. Этот год гостей мы не принимали, и не скажу, чтобы очень от этого страдали — зато сами больше съедим.

Есть минус: в определенный период у нормальной кошки настпают «хотелки». Хочет кота и в праведном гневе мяукает и требует мужского внимания. Мы Алису отводили на встречу с гордым сиамским красавцем — Митей. Он к тому времени уже весил килограмм шесть, что для кота немелко. Но кавалер, видимо, Алису не впечатлил с первого раза. Запертые в одной комнате они подрались и непобежденный до этого Митя позорно бежал в форточку, роняя гумус. Однако, потом он сумел овладеть собой и Алисой и она принесла нам четырех котят — два в маму, два в папу. Алиса — не с черной мордой, как большинство сиамцев, а со светло-серой, Митя же — с угольно-антрацитовой мордой.

Обожала Алиса делать шуршунчик — то есть забираться в пакеты и шуршать изнутри, пока пакет не превращался в лохмотья. «На природу» — то есть к бабушке мы ее носили на плечах. Она сворачивалась воротником и всю дорогу с интересом оглядывала окрестности.

Умерла она печально — во время ремонта мы принесли из подвала два кирпича для подпорки батарей… Кажется, на них была посыпана крысиная отрава — в подвале много крыс. Алиса же постоянно ела кальций — лизала стены и бетон, мы ей давали кальциевые добавки. Облизав кирпичи она через три дня в муках скончалась. Это было настоящее семейное горе. Похоронили ее на огороде бабушки и сделали нормальную «человеческую могилу» с надгробием.

Последнего принесенного мной кота назвали Хоттабыч. Весь черный, с белой манишкой и сапожками, он оказался удивительно сообразительным и суперленивым. Алиса, живая еще в то время, приняла его как родного — котенок легко умещался на ладони, я нашел его сидящим посреди дороги и пронзительно рыдающим, когда в три часа ночи возвращался домой. Алиса научила его ходить в туалет. И эта привычка в нем оказалась настолько сильна, что даже лежа со сломанной ногой, когда не мог ходить, он сползал с дивана, превознемогая себя, помогал себе передними лапами и полз к туалету.

Ногу он сломал, когда упал с балкона. Ничего бы ему не было, но в падении он сильно ударился о газовую трубу и нога оказалась в нерабочем состоянии. Кажется, еще он отбил внутренности и мы ему кололи (не помню названия, хитрый препарат) лекарство, но ведь истинно у кошки девять жизней — через три недели он уже снова сидел на балконе.

Когда его первый раз принесли на «природу», он два дня сидел, вжавшись в землю, под кустом роз и наотрез отказывался знакомиться с миром. И потом норовил скорее юркнуть в дом. И — велика сила привычки! — гадил только в доме, хотя вокруг бабушкиной «фазенды» сколько угодно огородов и простора. От этой привычки он так и не избавился — велика сила внушения была у Алисы, наверное.

И поначалу, его, конечно же, гоняли все окрестные коты. Выходил он на улицу так: робко высовывал голову за дверь, при малейшей тени делал кучку и скрывался в доме. Теперь, через три года после первой драки, Хоттабыч весит семь килограмм и соперников на улице не видит в упор. На крыльцо выходит вальяжно, распустив хвост трубой и нагло озираясь в поисках женщин. Недавно он наконец победил того самого Митю, который до этого считался главным кавалером округи и теперь большинство котят рожаются окрест черно-белыми, как Хаттабыч (ага, его можно звать хоть Хаттабыч, или Хоттабыч — это эквипенисуально по сути).

, , ,

Как заколебать одного мужика

24 июля 2008 Category :Истории| Юмор 0

Прелюдия.
На одном из форумов, на котором я периодически зависаю, появился бот и оставил сообщение.
Ничего особенного — Для Москвы и подмосковья предлагаем окрашенную оцинкованную ленту шириной 155 мм — штрипс по очень низкой цене.
И так бы это и осталось незамеченным, да только боты к нам последнее время зачастили и достали уже всех.
Этот красавец отличился тем, что указал в конце мессаги не емэйл, как делают все разумные спамеры, а свой телефон. Городской.
Поскольку собралась у меня сегодня веселая компания, было принято героическое решение позвонить по номеру. Раз 30-40, как получится.

Людия.
Первый звонок(звонит девушка):
— Алоу?
— Драсьте, это вы ленту продаете?
— Да мы, что-то конкретное интересует?
— А чем покрашена лента?
— Краска водостойкая-глянцевая-хрен-знает-какая-еще.
— А зачем оцинкована?
— Для долговечности. Вам для каких целей лента?
— Понимаете, я — Алина Кабаева, мне для тренировок надо….
— Ту-ту-ту…

Второй звонок через минуту (звонит парень)
— Добрый день.
— Здравствуйте (раздраженно немного)
— Скажите, а сколько будет стоить купить ленты вашей оцинкованной, чтобы хватило полностью обклеить кузов автомобиля ИЖ? Мне подсунули какой-то брако…
— Ту-ту-ту…

Третий звонок (серьезный хорошо поставленный мужской голос):
— Алё, б»я!
— Не понял?
— Ой, извините.
— Майор Северянинов, главное управление ФНС РФ. Я сейчас вообще как частное лицо звоню. Вопрос есть по вашим продажам.
— Да-да?
— Вы почему трубкой кидаетесь, когда вам Алина Кабаева звонит?
— Да епт! Ту-ту-ту….

Четвертый звонок (детский голос дочки друга):
— ДА!!!!!
— Дяденька, нервничать вредно….
— Ту-ту-ту…

Пятый звонок:
— ОСТАЛОСЬ… СЕМЬ… ДНЕЙ…!
— Да я милицию вызову!!!! Ту-ту-ту….

Шестой звонок:
— Это милиция, вы зачем в интернете спамите?
— Ту-ту-ту….

Апофигей.
Через 15 минут сообщение с форума стерли. Не мы.

, , , , ,

Хы, изобретательный чувак!

24 июля 2008 Category :Истории| Юмор 0

Письмо администрации некоего универмага, адресованное некой мадам.
«Дорогая г–жа Фентон,
В предыдущие полгода служба безопасности нашего магазина пристально наблюдала за поведением вашего мужа во время его посещения нашего магазина. В приведенном ниже списке содержатся подробности совершенных им нарушений общественного порядка. Все инциденты подтверждены имеющимися у нас копиями видеозаписи с камер наблюдения.
Мы неоднократно устно предупреждали вашего мужа, однако он каждый раз игнорировал наши замечания. На наши предупреждения он отвечал грубостью и также заявлял, что «пока моя жена ходит в этот магазин, я тоже буду приходить сюда». В связи с этим мы вынуждены отказать вам, вашему мужу и членам вашей семьи в доступе в наш магазин.

Далее приводятся детали поступков, совершенных вашем мужем в последние 6 месяцев в нашем магазине:
15 июня: Взял 24 упаковки презервативов и разложил их в корзины других покупателей, пока те не видели.
2 июля: Установил все будильники в отделе товаров для дома так, что они звонили с 5–минутным интервалом.

7 июля: Сделал дорожку из томатного сока, ведущую в туалет.
19 июля: Подошел к сотруднику магазина и официальным тоном заявил ей: «Код три в отделе товаров для дома». Наблюдал за реакцией.
4 августа: Просил у администратора оформить покупку пакета M&M в рассрочку.
14 сентября: Передвинул предупреждающий знак «Осторожно. Мокрый пол» в зал с ковровым покрытием.
15 сентября: В отделе туристических товаров поставил палатку и приглашал остальных покупателей зайти к нему, если они захватят с собой подушки.
23 сентября: В ответ на предложения сотрудников помочь в выборе товара начинал плакать и кричать «Люди, почему бы вам просто не оставить меня в покое».
4 октября: Смотрел в видеокамеры наблюдения, делал вид, что смотрится в зеркало и ковырял в носу.
10 ноября: В отделе огнестрельного оружия спрашивал у продавца, где можно купить антидепрессанты.
3 декабря: Носился по магазину, подозрительно громко, напевая музыкальную тему из кинофильма «Миссия невыполнима».
6 декабря: В отделе автомобильных запчастей изображал «взгляд Мадонны», используя воронки разных размеров.
18 декабря: Прятался в стоках с одеждой и пугал покупателей криками «Выбери меня, Выбери меня».
21 декабря: Услышав объявление по громкой связи в зале магазина, принял позу эмбриона и закричал «О нет. Снова эти голоса!»
23 декабря: Заперся в примерочной кабинке и спустя некоторое время громко кричал: «Здесь нет туалетной бумаги!»

, , , ,

И среди гаишников есть мужики!

24 июля 2008 Category :Истории 0

Дело было лет пять назад, в то далекое время, когда я только начинал познавать науку в ождения авто, и не зная всех ньансов и тонкостей (нет, не ПДД!) общения с ГАИ, я как и любой другой «чайник», соответственно, стал «любимцем» блюстителей дорожного двидения.
Хочу заметить, что ни буквочки «У», ни знака «70», ни других опазновательных знаков, моя «пятерка» не имела. Но то, с какой частотой меня останавливали по поводу (иногда) и без (в основном), натолкнуло меня на мысль, что гиашники, списки новоиспеченых наездников железных коней, получают ежедневно вместо утренней прессы. Итак имея стаж вождения чуть более двух недель, на моем счету было порядка полусотни «пит-стопов» ГАИ , со всеми вытекающими…..Так вот, в один прекрасный и поздний вечер, я возращался домой вместе с собственной женой (хочу заметить, ехать надо было через весь Киев) машин естественно раз-два-и-обчелся. Посему, скучающему инспектору, ничего не оставалось как прицелиться своей палочкой в мой жигуленок. Матеря гаишника сквозь слабое подобие улыбки, я обреченно остановился. Этот, за сегодня, был …надцатый.
— Сержант Коцюба, ваши макумэнты!
Вручая ему документы, я себя успокаивал тем, что ни чего не нарушил, что сержант их немножко подержит, и не найдя ничего криминального, вернет их мне. Но не тут то было.
— Открой, багажник!
Выхожу. Сволочь, тыкает мне еще. Черт! Меня прошиб холодный пот. Огнетушителя-то нет, забыл я его в гараже, как назло! Муку с батей перевозили, ну я и выложил, чтоб места больше было. Огнетушитель зараза, действительно был здоровый, хотел новый — махонький купить, да все никак не сподобился. И вот, на тебе!
Сержант, знай себе, продолжает:
— Знак аварийной остановки, аптечка,
огнетушитель?
Приплыли. И денег нет. И тут меня осенило:
— Слушай, ты мужик?…
Брови сержанта, вместе с фурой поплзли наверх.
Я конечно сильно нарывался, учитывая размеры гаишника, но другого ни чего в голову не пришло:
— Ты ж мужик? Давай просто, как мужик с мужиком поговорим? Понимаешь у меня в машине любовница, мне ее домой доставить надо, а после к себе домой прилететь, да и жене какую-то басню рассказать, чтоб еще и поверила. Поздно уже, каждая минута на счету.
Пока я тут стою, время уходит, мне такое будет дома…
Я осекся, лапа сержанта медлено, но уверенно поднималась по направлению к моему горлу. Ну все! Писец! Доигрался! Шутить мне сразу перехотелось. Я зажмурил глаза.
— Помаду не забудь стереть — заговорщиским тоном уведомил меня блюститель.
Пока я переводил дух, расчувствовавшийся сержант выдал еще одну фразу:
— Тебе это, может штраф какой выписать? Жене скажешь, что менты долго держали. Я и время поставлю, 23.30. А?
От радости, я только мотал головой, мол нет, не надо.
— Мне бы домой… — жалобно промычал я.
— Ты это, перед мостом не гони, там наши стоят. — напутствовал сержант.
Я прыгнул в машину, и был таков. Когда малость отъехали, стал ржать и не мог остановиться, да так, что жена подумала , что я свихнулся, довели мол, менты моего касатика до психушки.
Вот так бывает, и среди гаишников есть мужики.
А возле моста действительно стояли его дружбаны.

, ,

Хорошая фамилия

24 июля 2008 Category :Истории| Юмор 0

 

Работала я когда-то давно в одной торговой организации…
Один из менеджеров отдела продаж Игорь достаточно продолжительное время пытался пропихнуть нашу продукцию в крупную региональную сеть, а как известно сделать это непросто, люди там ну оооочень сурьёзные и несговорчивые…
Спустя месяцев пять-шесть постоянных звонков и уговоров, закупщик сети наконец-таки согласился посмотреть на наше коммерческое предложение и дал адрес своей электронной почты. А у Игоря, как назло, сломался комп. Пришлось отправить письмо с почтового ящика коллеги- Юли. Только вот подпись Игорёк забыл исправить! А у Юлии была такая необычная…,я бы даже сказала немного смешная фамилия 🙂
Представляю физиономию клиента, когда он получил письмо примерно следующего содержания:

Добрый день!
…(бла-бла-бла)…
Буду очень рада сотрудничеству!
С уважением, Тёпленькая Юлия.

На следующий день пришел ответ:

Здравствуйте, милая Юлия!
Учитывая Ваше заманчиво-разогретое состояние, готов к любому сотрудничеству!
С уважением, Пылающий страстью Артём Леонидович.

Ржали всем отделом :)))))) У нашей бухгалтерши от смеха даже чай из носа вытек :))))))
Только бедняжке-Игорю было совсем не до смеха…

, , , ,